Loading...
You are here:  Home  >  История  >  Личность  >  Current Article

Этого не понять, если сам не видел войны… Владимир Басов

Опубликовано: 08.10.2017  /  Нет комментариев

Basov

Его нельзя было соблазнить временем пребывания в кадре, он предпочитал эпизодические роли, из которых он мог вылепить что-то незабываемое и уникальное. Дуремар в «Приключениях Буратино» и Волк в «Красной Шапочке», полотер в «Я шагаю по Москве» и маклер в «По семейным обстоятельствам», гость в «Москва слезам не верит» и фотограф в «Большой перемене»…

Но актерству Владимир Басов предпочитал все-таки режиссуру. «Не ведение огня, а его наведение – вот искусство». Он жил без оглядки, не верил в смерть и почти ничего не написал о своей жизни. Лишь некоторые отрывки из мемуаров, так и не собранных в одну книгу, помогают восстановить и его офицерское прошлое.

20 июня 1941 года Владимир Басов окончил десятилетку. После выпускного пришёл во ВГИК, чтобы узнать правила приёма в это учебное заведение. Ушёл, твёрдо уверенный в том, что обязательно поступит. Но в его радужные планы вмешалась война. Правда, Басов получил приглашение в Театр Красной Армии.

— В моей юношеской голове не укладывалось, как это можно играть, когда нужно палить, — писал потом Владимир Павлович в своих воспоминаниях. — Вместо институтов мои одноклассники оказались в окопах, вместо занятий науками — строевая, марш-броски с полной выкладкой. Сначала пот, мозольные волдыри из-за неумения правильно навернуть портянки, потом — борьба с самим собой, кровь. Беспощадная статистика времени: мои ровесники, десятиклассники выпуска 1941 года на фронте погибали чаще всех. Наши семнадцатилетние жизни война поглощала особенно охотно, так и не позволив узнать и почувствовать все счастье возраста. Но в одном мы оказались счастливее. Жизнь закалила нас, научила сразу и навсегда отличать врага от друга, человека мужественного от труса и предателя. Мне надо было выжить, и войну я вспоминаю, несмотря на весь ее ад, самым прекрасным временем в своей судьбе. Война стала моими университетами. А истинный аттестат зрелости моё поколение получило у стен рейхстага.

Basov 2Окончив артучилище Басов ушел воевать в 1942 г. в звании младшего лейтенанта. Войну закончил заместителем начальника оперативного отдела 28-й отдельной артиллерийской дивизии прорыва РВГК. Награжден орденом Красной Звезды и двумя медалями. Одна –«За боевые заслуги».

На фронте Басов часто писал письма матери, а от нее получал по два почти каждый день.
«… Я и на фронте слегка занимаюсь театральной работой. Организовал на передовых позициях серию концертов. Артисты — бойцы и командиры, вчера стрелявшие из орудий, отражавшие атаки танков, нещадно уничтожавшие варваров, сегодня смеющиеся и веселящие других…

…У меня дом под землей из двух «комнат». Каждая — как наша новогиреевская. Вечером затапливаем печи (днем нельзя, немцы видят и открывают артиллерийский огонь), зажигаем лампы (десятилинейные), в ход идут гитары и баян.
… Собираются командиры (много москвичей), приходит комдив — незаметно проходит ночь. Я обтянул трофейным немецким плащом нары и стену — получился кожаный диван, и на нем я наклеил белую чайку (эмблему Художественного Театра)».

Сначала лейтенант интендантской службы Басов служил начальником клуба 4-й отдельной стрелковой бригады. Потом его военная судьба делает крутой поворот и Владимир Басов становится минометчиком. Немало подвигов совершила минометная батарея старшего лейтенанта Басова, сам он был ранен 23 февраля 1945 года, вернулся в строй после ранения.

Basov 3 Basov4

— Трудно было? Трудно! Очень! Но сегодня мне кажется, и весело было, — признавался Басов. — На марше, например, орудия идут на конной тяге, а ты рядом, потом смотришь — никого нет. Оказывается, заснул на ходу и с пути сбился… Вошь, конечно, ела, особенно вначале. А я вспоминаю огромные бочки на снегу, а в бочках колотые бревна. Огонь горит. Бочки красные. И плащ-палатки вокруг развешаны….Тут же на снегу моемся. Мороз ядреный, а нам хоть бы что. Костер трещит, искры вверх столбом. У кого-нибудь телогрейка задымилась — что смешного? А братва хохочет.

Basov

И невесело было. Вспоминается пут – скамья, попросту сказать, доска на двух чурбаках. Сидят на скамье семеро. В затяжных боях по всему фронту земля дыбилась от артиллерийских ударов с той и с другой стороны. Выглянешь из блиндажа — муравью не уцелеть в этом аду. В таких условиях связь — глаза и уши — едва ли не важней самой артиллерии. Наружный провод ничем не защищен, обрывы один за другим. Сидящий с краю на путе идет в ад. Его задача — найти обрыв провода, восстановить связь и вернуться в блиндаж. Если вернулся, — садится на пут с краю же, но с другого конца; Снова обрыв! Идет следующий. Он возвращается или не возвращается… А бой всё яростней. Из семерых остаются шестеро, пятеро, четверо, трое…Очередь на путе строго соблюдается — неписаный закон.

Владимиру Басову прочили успешную военную карьеру. Но он предпочел уволиться на гражданку.

— По сути, я стал профессиональным военным, но я все четыре года войны не переставал думать о другом образовании — режиссерском, и всё представлял себе, как сниму фильм о фронте. — Рассказывал актер в своих мемуарах. — Пошел к маршалу Чистякову. Поговорили с ним о том, что человек имеет право на исполнение мечты. Маршал меня вспомнил, отпустил. Выходное демобилизационное пособие ухнул на проводы. Шинель продал и купил демисезонное пальто. Так я стал гражданским.

Источник

Этого не понять, если сам не видел войны… Владимир Басов
Средняя оценка: 5. Голосов: 4

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Нравится
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вас возможно заинтересует...

Миллионер, ушедший на Афон

Читать далее →

Подписывайтесь на нас в Фейсбуке

Powered by WordPress Popup

Scroll Up