Трамвай построить,

это не ешака купить

(Ильф и Петров, «Двенадцать стульев»)

Приближается 4-я годовщина Крымского референдума и воссоединения полуострова с Россией. Всё это время усилиями крымчан и всей страны шло государственное строительство на территории, где государства до этого не было 23 года. Как, в принципе, и на просторах всего украинского Дикого поля в постсоветский период.

Сложное это дело — строить государство там, где сама традиция утеряна. В начале 90-х, после провозглашения независимости, Украина скоропостижно превратилась из вполне приличного, развитого и индустриального государства в механизм передела советской госсобственности и защиты интересов правящего олигархического класса. И потянула за собой в бездну полуостров, который ей достался в силу волюнтаризма Никиты Сергеевича, предательства Михаила Сергеевича и беспробудного пьянства Бориса Николаевича.

Деградация государства внешне проявлялась в украинском Крыму явно и ощутимо для каждого крымчанина. Дороги превратились в направления, производства закрывались, буйным цветом расцвело самовольное строительство «шалманов» в прибрежной зоне и заповедниках, самозахваты стали настоящим бичом — куда ни кинь взгляд, на полях стояли «туалеты» из ракушняка… На площадях городов вполне легально собирались многотысячные митинги экстремистской организации Хизб-ут-Тахрир.

Коррупция достигла такого размаха, что за деньги можно было решить любой вопрос — от мелочных бытовых типа справки в бассейн, до закрытия уголовных дел по тяжким уголовным статьям. Можно было, например, заказать себе сопровождение из машин ГАИ и ехать пьяным за рулём. Можно было купить липовое удостоверение журналиста и получить разрешение на автоматический пистолет. Можно было, в принципе, делать всё что угодно, фантазия ограничивалась только количеством денег в кармане.

В соседней России тоже были беспредельные времена, но они постепенно закончились. Что бы там ни утверждали блогеры и правозащитники, бытовая коррупция в материковой России практически на нуле. Есть полковник Захарченко, есть Улюкаев и другие яркие и омерзительные персонажи. Но с этими персонажами средний россиянин встречается только на экранах телевизоров в момент, когда тех ведут под белы ручки в кутузку. А в жизни простой россиянин контактирует с довольно безликой и равнодушной чиновничьей машиной, которая достаточно слаженно работает через универсальные окна для обращений, выдаёт справки в положенный срок и не требует мзды.

В этом и разница: пока на Украине воспитывались поколения молодых людей, которые воспринимали государственную службу исключительно как средство обогащения,  как доходное место, в России вырос и оперился новый чиновничий класс — тихие, серенькие, старающиеся не выделяться и не лезть в политику, выполняющие свои функции строго в рамках закона. Надежные шестерёнки большой государственной машины. Это поколение чиновников сейчас модно называть технократами.

В Крыму такому классу сереньких российских служащих взяться было неоткуда (не привезёшь же с континента людей на все должности!), поэтому пришлось опираться на то, что осталось от Украины. А это, как показала практика, очень зыбкая опора для нынешнего руководства полуострова. То здесь, то там появляются бреши, которые первым лицам Крыма приходится затыкать буквально своими телами. Поэтому и появилось распоряжение Аксёнова, «выгоняющее» подчинённых «в поля» — в регулярные поездки в регионы и на встречи с гражданами. Эти действия, безусловно, помогают оперативно решить некоторые наболевшие вопросы, предупредить социальные взрывы и т. п. Но подобное «ручное» управление не создаёт систему, работающую штатно, а приучает госаппарат трудиться в авральном, мобилизационном, нервном режиме. Это было естественно в переходный (читай: военный) период, сейчас же, мягко говоря, странно. «Спасают» только приближающиеся президентские выборы — тоже сложный период, требующий пристального внимания, полного погружения и отдачи от каждого, тут не отсидишься в тиши кабинетов. Всё для фронта, всё для победы.

Но, выборы закончатся, а проблемы госстроительства останутся. И бывшие украинские чиновники никуда не денутся.

Что же со всем этим делать?

The show must go on

А делать надо много.

Прежде всего понять — и крымской власти, и крымским общественникам (что бы ни подразумевалось под этим словом): украинский цирк с элементами махновщины уехал и больше не вернётся.

Да, на Украине участие в скандальных ток-шоу заменяло профессионализм, а иногда и скрывало преступление. Политическая голодовка могла сделать человека чиновником средней руки, активное участие в акциях протеста — министром, драка в прямом эфире — советником президента. Отрезанное ухо возносило на Олимп украинского политикума. Публичная драка с чекистами делала уполномоченным правительства по антикоррупционной политике.

Из фотографа и тамады через экстремиста в народные депутаты Украины. Путь Владимира Парасюка к богатству.

Всё это было и есть на Украине. Шоу-политика создает ложную реальность, которая отвлекает зрителей от жуткой картины государственной деградации. На самом деле, на Украине ничего и не происходит, кроме завершающегося уже процесса разграбления советского наследия и продажи его транснациональным корпорациям (про гражданскую войну я намеренно не упоминаю — это тема для отдельной публикации). И всё это на фоне катастрофического обнищания населения, инфраструктурного и промышленного Армагеддона. Жуткую картину необходимо прикрыть приличной голограммой, для этого и существует шоу-политика с персонажами типа вилоносного Ляшко, поющего на границе с Крымом мэра Геническа, отсидевшей, но бодрой ТигрЮли Тимошенко и прочих деградантов.

Да, прав был старый лис Кучма: Украина — не Россия. России не надо создавать шоу, достаточно показывать те изменения, которые происходят вокруг. Россия преображается, а вместе с ней и Крым.

На инфраструктурном фронте подвижки настолько заметны, что их уже не может игнорировать даже украинская пропагандистская машина. Изменения видны не только приезжающим на полуостров отдыхать украинцам, они видны даже (без шуток) из космоса. Духоподъёмное и технологичное видится за циклопическими крымскими стройками — энергомост, новый терминал аэропорта, Крымский мост, федеральная трасса «Таврида» и много других более мелких, но не менее важных для простых людей изменений. Например, таких, как городские дороги и внутриквартальные проезды. Ремонт и строительство школ, детсадов, больниц и поликлиник… Провинциальный украинский мир плетёных тынов и мазанок чахнет, исчезает на глазах, а на место его приходит мир стекла, бетона и композитных материалов.

Все эти изменения — и великие, и бытовые — может не заметить только тот, кому платят за слепоту.

Те же, кто не слеп, видят положительные сдвиги и хотят, чтобы они продолжались. А для этого полуострову нужны не шоу-политики типа украинских, а профессионалы своего дела, трудяги. Не участники прямых эфиров в дорогих костюмах, а прорабы в ватниках типа инженера Треухова из романа Ильфа и Петрова «12 стульев», который буквально на голом энтузиазме правдами и неправдами добился строительства в Старгороде трамвайной линии. Этот Треухов не умел произносить пламенные речи с трибун, но трамвай в городе запустил. И нам бы таких треуховых, которые не лезут на сцену, а дело своё делают. Кстати, это относится не только к крымским чиновникам, но и к тем, кто называет себя общественниками.

Сознательное невыпячивание своей роли в истории, отказ от самолюбования на телеэкранах, в принципе отказ от поведения, которое простые люди презрительно называют «пиар», — вот что должно стать общественным договором для всех, кто любит Крым, и серьёзным шагом в государственном строительстве.

Мы не Украина, нам есть чем заняться: надо строить новый российский Крым, а это значит, реальных дел так много, что на шоу просто не должно хватать времени.

Деньги есть, но вы держитесь

Изобилие почти всегда развращает. После воссоединения Крыма с Россией на полуостров хлынули деньги. Не большие, а очень большие. Невероятные и ранее не виданные в Крыму. Это средства на то, чтобы подтянуть новый регион к уровню регионов континентальной России и заложить фундамент будущего развития и процветания.

Без преувеличения вся страна участвует в возрождении Крыма, в том числе и финансово. Это очень важно — использовать эти общие средства по назначению, максимально эффективно. На деле, по ряду программ идёт серьёзное отставание. Деньги зачастую просто не успевают осваиваться, и их возвращают. Т. е. с трудом выкроенные из общероссийского бюджета средства лежат мёртвым грузом на полуострове и не превращаются в километры дорог, квадратные метры жилья, в места в школах… А в это время какой-то регион стонет от нехватки средств, например, на переселение из ветхого и аварийного жилья. Или на ликвидацию очередей в детские сады!

Снос незаконных построек — шалманов — на крымской горе Ай-Петри.

Какой логикой руководствуются местные чиновники, что они сами себе и начальству отвечают по поводу несделанного?

Что и так сойдёт? Что деньги опять дадут? Что мы такие особенные, пусть нас терпят такими? Что вся страна нам должна?

Это не государственный подход, а точнее, антигосударственный. И виноват в этом, безусловно, только местный чиновничий аппарат, больше никто. Тот, доставшийся от Украины аппарат, который привык все приходящие из центра деньги считать лично своими (ну, минус откат вышестоящим господам), а освоение средств рассматривать как квест, в котором главная цель — украсть как можно больше. Если же украсть невозможно или затруднительно, то бывший украинский чиновник очень быстро теряет интерес к проекту и откладывает его в долгий ящик.

Вот и буксует реализация ФЦП. Вот и инфраструктурные «проколы». Вот и недостаток мест в детсадах и неотремонтированные больницы.

А ведь деньги на всё это есть!

И опять встаёт вопрос: что с этим делать?

Ничего нового. Надо понимать, что воссоединение Крыма с Россией стало явлением революционным, требующим в будущем также революционных шагов и решений.

Вспомним ещё раз упомянутых в тексте Ильфа и Петрова, на этот раз роман «Золотой телёнок», в котором небезызвестный подпольный миллионер Корейко трудился в некой конторе и с помощью коррупционных схем грабил государство. Ворам, взяточникам и замаскированным «классовым врагам» в госаппарате противостояли «серенькие люди», которые устраивали чистки. И, как оказалось, чистки (разговор не о репрессиях, а именно о чистках, увольнениях с госслужбы) эффективны. Страна преодолела разруху и подготовилась к войне, несмотря на явный и скрытый саботаж, диверсии. Вы скажете: не надо сравнивать, тогда было иначе.

А чем времена подпольного миллионера Корейко отличаются от нынешних? Та же постреволюция. Те же окопавшиеся в госаппарате скрытые и явные враги (криптобандеровцы, ау!).

То же предвоенное время, когда стране трудно и каждый рубль на счету. Диверсии.

Может, не стесняться, а провести уже чистки по-крымски? Вычистить саботажников, коррупционеров, агентов влияния соседнего и западных государств?

Союз с варягами и всех со всеми

«А кто же останется после возможных чисток?» — спросите вы.

В идеале останутся честные люди, патриоты, профессионалы. И неважно, с материка они или местные. Вообще, пора в большом многонациональном государстве забыть деление на варягов и своих. Все мы дети этой большой страны, и неважно, куда она нас направит служить и работать. Прислали Овсянникова в Севастополь? Прекрасно, мы будем радоваться всем его государственным успехам на посту губернатора, и если попросит, подставим плечо. Аксёнов местный? Здорово, знаем, поможем. Будем критиковать за провалы? Конечно, будем, нам же не безразлично. Нам, в конце концов, тут жить.

Но прежде чем критиковать и вставлять свои экспертные «пять копеек», неплохо бы заключить тот общественный договор, о котором говорилось вначале. Договор, где во главу угла ставятся интересы государства, интересы Крыма, а уж потом личные амбиции политиков, чиновников, общественников и правозащитников. Мы же не актёры в украинском политическом шоу, поэтому вести себя надо соответственно, как минимум сдержаннее.

Как будет выглядеть подобный общественный договор? Не знаю, давайте думать вместе. Но то, что он нужен, — точно. Иначе мы будем тянуть в разные стороны. Мы будем делиться на красных и белых, на местных и понаехавших, на провластных и оппозиционных, на чиновников и общественников, забыв, что мы крымчане.

И тогда мы провалим государственное строительство в Крыму.

И винить, кроме себя, будет некого.

Источник