Loading...
You are here:  Home  >  Общество  >  Current Article

«Лекарство» для оптимизации в здравоохранении еще не найдено

Опубликовано: 07.09.2017  /  Нет комментариев

Заболевшего пациента известно кто может вылечить, но как быть в случае, когда помощь требуется всей системе здравоохранения?

Существует мнение, что оптимизация здравоохранения в России стала синонимом сокращения числа больниц, больничных коек и врачей, хотя этот процесс подразумевает повышение доступности и качества медицинской помощи. В каких-то областях медицины позитив, конечно, произошёл. К примеру, еще 10 лет назад в распоряжении докторов было всего четыре круглосуточно работающих компьютерных томографа на всю страну. И вряд ли тогда на Алтае смогли бы выходить малышей с экстремально низкой массой тела.

Телемедицинские технологии, передвижные ФАПы — тоже относятся к достижениям последних лет. Вместе с тем люди в белых халатах продолжат бить тревогу в связи с нехваткой кадров и ресурсов. Медики — народ непубличный и терпеливый, но и в Алтайском крае говорят о несправедливом начислении зарплаты и низком её уровне, о больших очередях к участковым терапевтам, которые, в свою очередь, досадуют на ограниченное время приёма и неимоверное количество требуемой отчётности.

О медицине на селе стоит сказать отдельно, поскольку там все перечисленные проблемы ощущаются ещё сильнее, особенно — в Алтайском крае.

Особенности регионов и кадровый голод

Алтайский край отличается от других территорий большой численностью населения. По последним данным, в регионе проживает 2,4 миллиона человек. Еще одна особенность — разветвленное административно-территориальное деление.

«В Алтайском крае насчитывается 1589 сельских населенных пунктов, где проживает более 43 процентов населения. Для сравнения: средний показатель удельного веса сельского населения по стране составляет 25, а по Сибирскому федеральному округу 28 процентов. По объективным, исторически обусловленным причинам, средняя заболеваемость по краю превышает в 1,6 раза общероссийские показатели, а по отдельным заболеваниям — более чем в два раза. Все эти особенности в сравнении с другими субъектами РФ наложили определенный отпечаток на формирование нашей краевой системы здравоохранения», — считает министр здравоохранения Алтайского края Ирина Долгова.

Но помимо объективных трудностей существуют и реальные проблемы. Клятву Гиппократа, конечно, никто не отменял, но примеры «причинения всякого вреда и несправедливости» стали случаться чаще.

Кадровый голод медработников признаёт даже Минздрав РФ.

«В регионе, как и в целом по Российской Федерации, существует дефицит медицинских кадров. Особенно остро это просматривается в сельских территориях. В целом обеспеченность врачами в медицинских организациях сельской местности по-прежнему на треть ниже обеспеченности городских медицинских организаций. Несмотря на действующие в настоящее время программы по привлечению медицинских кадров на село, молодые специалисты не желают трудоустраиваться в сельские медицинские организации. В связи с чем структурные преобразования в сельских территориях коснулись прежде всего неэффективно работающих и не отвечающих порядку предоставления койко-мест участковых больниц, которые перешли в статус врачебных амбулаторий с дневными стационарами», — подтверждает министр здравоохранения Ирина Долгова.

«Койки» и новые принципы

Напомним, активное реформирование в здравоохранении начались еще в 2003—2005 годах. Оно заключалось в оптимизации расходов за счет закрытия неэффективных больниц и расширения использования высокотехнологичных медучреждений. С этого времени, судя по данным Росстата, количество больничных коек сократилось в среднем на 27,5%, до 1,2 млн. В сельской местности сокращение мест заметнее — почти на 40%.

 Правда, алтайский министр здравоохранения полагает, что коечный фонд медицинских учреждений не является статичным показателем.

«В отсутствие единой регламентирующей правовой базы коечный фонд в центральных районных больницах долгое время определялся не с учетом объективной необходимости и загруженности, а по усмотрению руководителя муниципалитета. И финансирование шло также — из расчета возможностей конкретного муниципалитета. Когда учреждения здравоохранения перешли на краевое финансирование, мы получили сеть медицинских организаций с совершенно разной материально-технической базой, которая не соответствовала никаким нормативам», — отметила Ирина Долгова, поясняя необходимость серьезных структурных преобразований.

По её словам, сейчас главным в формировании структуры медицинских учреждений является трёхуровневый принцип организации медицинской помощи.

«Этот принцип у нас в крае реализован. Учреждения первого уровня, это ЦРБ, принимающие физиологические роды. Их в крае 28. За 6 месяцев в них принято 895 родов. Учреждения второй группы — это межрайонные отделения, расположенные в районах и городах нашего края, — 13. Эти учреждения обеспечивают медицинской помощью пациенток со средним уровнем риска. В них проходит самое большое количество родов. За 6 месяцев — 9439 родов. Самые тяжелые пациентки концентрируются в учреждениях третьего уровня, их у нас в крае 3. Два перинатальных центра и краевая клиническая больница, в этих учреждениях принято за 6 месяцев 2247 родов», — пояснила Ирина Долгова.

Она полагает, что бессмысленно сохранять то, что сегодня не может оказать эффективную качественную медицинскую помощь.

«Например, теряем время на то, чтобы человека привезти сначала в ЦРБ, а не сразу в межтерриториальный центр, где ему окажут более грамотную и специализированную помощь», — привела довод министр.

Перекосы модернизации

Новый виток реформ в здравоохранении начался, как известно, в 2010—2012 годах, когда был принят и введён в действие закон об обязательном медицинском страховании. Но уже не раз заявлялось, что бюджет ОМС не покрывает реальных затрат на оказание медицинской помощи. А вот как этот перекос сказался на Алтайском крае:

«Одним из важных моментов, связанных с увеличением нагрузки на Территориальную программу, является рост числа негосударственных медицинских организаций, входящих в число медицинских организаций, работающих в системе обязательного медицинского страхования. Так, за период с 2010 года их численность возросла с 7 до 29, а объем средств, направленных за оказанную ими медицинскую помощь, вырос с 43,3 млн рублей в структуре финансирования Территориальной программы до 516,5 млн рублей. Перевыполнение объемов медицинской помощи, установленных Территориальной программой, приводит к дефициту средств программы», — поведала алтайский министр здравоохранения Ирина Долгова.

Между тем врач-хирург, кандидат медицинских наук и по совместительству депутат Алтайского краевого законодательного собрания Павел Шумихин полагает, что оптимизация способна «вылечить» отечественное здравоохранение.

«Оптимизация здравоохранения обусловлена экономическими причинами, а именно снижением расходов на здравоохранение, что, в свою очередь, обусловлено приоритетами государственной политики РФ. Наряду с сокращением бюджетного финансирования отмечается рост затрат в связи с внедрением современных высокотехнологичных методов диагностики и лечения, появлением дорогостоящих медикаментов (что приводит к исчерпанию резервов ФОМС). Единственным выходом из этой ситуации является поиск ресурсов внутри самой системы здравоохранения, то есть оптимизация здравоохранения путем сокращения числа медучреждений. При объединении медучреждений значительные средства (порядка нескольких миллионов в год в каждом случае) будут сэкономлены уже на сокращении административных должностей. Сокращений медперсонала, по идее, произойти не должно, так как никто не отменял нормативные федеральные акты по обеспеченности населения врачами различных специальностей (например, на 10 тыс. населения должен быть 1 хирург, на 20 тыс. населения 1 травматолог). За счет объединения подразделений внутри объединенного медучреждения приближенность ряда специалистов к обслуживаемому населению (а соответственно — и доступность медпомощи) могут уменьшиться», — полагает доктор.

Плюсы есть

Впрочем, в краевом минздраве подчеркнули, что сокращение маломощных лечебных учреждений не является главной задачей этого процесса. Сейчас, по данным, озвученным Ириной Долговой, в регионе работает 170 медицинских организаций, в том числе 59 центральных районных больниц, в структуре которых функционирует около 900 фельдшерско-акушерских пунктов и более двух сотен врачебных амбулаторий, 4 центра общей врачебной практики, 5 районных и 9 участковых больниц, а в 48 районах края сформировано 148 домовых хозяйств.

«В регионе удалось сохранить всю разветвленную сеть первичной медицинской помощи. Мы не планируем закрытия даже тех ФАПов, которые находятся в 77 населенных пунктах с численностью населения менее ста жителей, и где по нормативам должны функционировать домовые хозяйства», — подчеркнула Ирина Долгова.

По её словам, необходимость такого количества структурных подразделений обусловлена требованиями по сохранению доступности первичной медико-санитарной помощи, которая требует повышенных затрат.

«При этом подушевой норматив финансового обеспечения, утвержденный на федеральном уровне, не отражает региональных особенностей субъектов Российской ФедерацииА именно не учитывается плотность и структура населения, уровень заболеваемости (уровень заболеваемости в Алтайском крае превышает общероссийский в 1,6 раза)», — напомнила Ирина Долгова.

Тем не менее она тоже полагает, что мероприятия по модернизации и укрупнению действующих лечебных учреждений приносят положительные результаты. Среди позитивных примеров работы по кадровому обеспечению Ирина Долгова назвала реализацию программы «Земский доктор»: по ней в сельские территории было привлечено около 850 медицинских работников, и в текущем году планируется трудоустроить еще около 140 медиков. Особой гордостью стал алтайский перинатальный центр «ДАР» (Дети. Алтай. Россия), признанный самым уникальным проектом в России.

Упрямый «пациент»

«Многие псевдопрофессионалы часто говорят, что двадцать — тридцать лет назад медицина была лучше, а люди здоровее. Но те, кто не просто рассуждает, а живет медициной, знают, и статистика эта подтверждает, что с середины 80-х годов средняя продолжительность жизни увеличилась более чем на 20 лет. Вместе с этим значительно выросло число выявленных случаев различных заболеваний, в том числе онкологии и туберкулеза. Но надо понимать, что это происходит от того, что значительно вырос уровень диагностики, и сегодня мы можем выявить рак на самых ранних стадиях, чего прежде и быть не могло. Кроме этого, двадцать лет назад люди просто не доживали до некоторых заболеваний», — подтвердил известный на всю Россию доктор — председатель комитета АКЗС по здравоохранению и науке Александр Лазарев.

Демографические показатели по некоторым параметрам действительно улучшились. Но, к сожалению, прогноз о сроках выздоровления отечественного здравоохранения туманен.

В конце 2015 года аудиторы Счётной палаты РФ сделали вывод, что до 2018 года число российских больниц будет сокращено на 11,2%, поликлиник — на 7,2%, а фельдшерские и фельдшерско-акушерские пункты — замещены частично офисами врачей общей практики. Это при том, что 17,5 тысячи населенных пунктов вообще не имеют медицинской инфраструктуры, из них 11 тысяч расположены более чем в 20 километрах от ближайшей лечебницы, где есть врач.

Так как «пациент» сам не спешит выздоравливать, кто как не народные избранники должны разобраться с этим вопросом?

«Хочу обратить внимание депутатов, что вы сегодня утверждаете бюджет территориального фонда обязательного медицинского страхования и финансирование краевого здравоохранения. В рамках этого бюджета рассчитывается Территориальная программа государственных гарантий. И если этих денег недостаточно, а мы предпринимаем усилия, чтобы сохранить сеть и сохранить доступную медицинскую помощь, то, пожалуйста, вникайте в эти вопросы, и если денег недостаточно, то отстаивайте финансирование лечебных учреждений. Я пыталась сегодня объяснить, что денег не хватает в связи с тем, что у нас повышенная заболеваемость в силу объективных, исторически сложившихся факторов, в силу того, что у нас такое сельское здравоохранение — нам нужно большее потребление медицинской помощи, а федеральный норматив этого не учитываетсегодня всем дается единый подушевой норматив», — с такой речью алтайский министр здравоохранения обратилась к представителям Алтайского краевого законодательного собрания. Но о том же самом стоит попросить и их федеральных коллег.

Напомним, в сентябре Госдума РФ вновь вернется к рассмотрению законопроекта об учете мнения граждан при реорганизации и ликвидации муниципальных и государственных больниц, поликлиник и других медицинских организаций. В нижнюю палату парламента этот документ был внесен еще в 2015 году, возможно, как реакция на проверку Счетной палатой «оптимизации» в сфере здравоохранения, аудиторы которой сделали вывод, что основные цели оптимизации не достигнуты.

Источник

«Лекарство» для оптимизации в здравоохранении еще не найдено
Оцените эту новость

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Нравится
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вас возможно заинтересует...

Эффект «Спящих»: либеральную интеллигенцию лишили неприкосновенности

Читать далее →

Подписывайтесь на нас в Фейсбуке

Powered by WordPress Popup

Scroll Up