Loading...
You are here:  Home  >  Наши проекты  >  ЯНормальный.РФ  >  Current Article

Продолжаем тему. Тридцать Серебренников. И забавный бонус «О весталках, гистрионах и сестерциях»

Опубликовано: 16.08.2017  /  Нет комментариев

Поэт и публицист Амирам Григоров — о том, что происходит с театром нашей родины

В очередной раз театральную – да и не только театральную – общественность взорвал шумный скандал. Бухгалтер «Гоголь-центра» дала признательные показания.

В общем, за последние годы театр нашей родины, традиционно великий и могучий, раздирают отвратительные дрязги, в стиле одесского Привоза, и мы к этому стали, к стыду своему, привыкать. То Райкин-младший ляпнет какую-то дикую чушь, то некий директор театра «Ленком», не к ночи будь помянут, проедет на роскошном джипе строго по пешеходной зоне, а вставшего на его пути активиста с камерой – едва не принимается душить.

То вот «Гоголь-центр» рвет, как метановый реактор.

И всякий раз в обществе наблюдается движение в стиле «стенка на стенку» – с одной стороны правоохранители, зрители и прочие простые смертные, те самые «мы», а с другой – «они». Они – это талантливые, с хорошими лицами, утонченные, живущие на несколько государств, богатые, обвешанные орденами отечества так, как иному генералу Второй мировой не снилось, творческие интеллигенты.

Знаете, я не следователь и не юрист, и не знаю, крала ли несвятая троица – Итин, Малобродский и Серебренников – денежки, выделенные государством, или не крала, это в любом случае скажут следствие и суд. Я даже не театровед и ума не приложу, имеют постановки Кира Семеныча отношение к высокому искусству или не имеют. Лично у меня все известные творения этого светоча вызывает тошноту. Но, знаете ли, мир многообразен, и существует целый ряд вещей, способных вызвать рвотный рефлекс у обывателя типа вашего покорного слуги, а вот у других людей, предположим, более тонких, порождающий лишь химически чистый восторг.

Однако во всем есть элементы объективной реальности, которые и мне дано оценить. Посему, когда молодой человек «с Ростова-папы» нежданно получает в свое полное распоряжение прекрасный, с давними традициями, московский театр, и в одночасье изгоняет оттуда служивших там хороших актеров, бестрепетно, как проштрафившуюся обслугу – я оцениваю это как подлость. Когда этот самый театр вдруг теряет имя и приобретает дурацкую кличку, как, прости Господи, ночной клуб, я оцениваю это, как пошлость. Хоть и это все тоже, пожалуй, субъективно.

Но что особенно злит? А то, что стоит хоть одного из них как-то задеть, ну, например, взять и спросить, куда, уважаемый творческий интеллигент, подевались деньги, выделенные вам государством? Так они всей, простите, кодлой немедля бегут подписывать «открытые письма». Учитывая, что все они до единого созрели в чреве СССР, генерация этих посланий и их подписание – дело ими излюбленное, давно налаженное. И, знаете, такая приятная ностальгия охватывает, когда видишь подобное творчество! Ощущение, что дверь подъезда толкнешь, а на улице плещутся красные флаги, из репродукторов летит голос Леонида Ильича, а в магазинах – водка «Столичная» по 3 рубля 12 копеек.

Вот тут недавно закаленные, потрепанные штормами советские гиганты эпистолярного жанра, по совместительству актеры, режиссеры и прочая, подписали петицию за освобождение г-на Малобродского, задержанного в связи с предполагаемыми махинациями в «Гоголь-центре». Стоит глянуть на список активистов! До боли все знакомые! Полный набор самых светлых лиц, какие только просияли на одной шестой — в Союзе нерушимом! Ахеджакова, сыгравшая когда-то у Рязанова аутентичную страшилу из мещанской преисподней и с тех пор помышляющая исключительно однообразной политической клоунадой. Басилашвили, древний, как грузинские горы, кумир неизбалованных советской людей, ныне же наводящий на грустные мысли о беззащитности человеческой нервной ткани перед непобедимым временем! Бардин! Гозман! Амнуэль! Асс!

Смертельно надоевшая своим хамством и менторством краснознаменная Одесса, взявшая на себя функции местного идеологического отдела Вашингтонского обкома! Эти ополоумевшие роботы, готовые ставить свои закорючки под любой чушью, лишь бы она была лихой и фрондерской! И делают они так чуть ли не полвека! Да им износа нет, этим людям!

Мы их никогда не поймем, а они – нас.

— Как не стыдно врать!

Они:

— Это не вранье, это фантазия, на которую имеет право только истинно творческий человек, и вообще не надо его ни о чем спрашивать, вы ему мешаете творить!

Мы:

— Как можно воровать?

Они:

— Ничего удивительного в том, что вознаграждение интеллигентного человека должно быть больше, чем у фрезеровщика, и понять, каков его размер, может только интеллигентный человек, то есть он сам!

В общем, трудно избежать констатации – театр наш тяжко болен. Все эти выходки, это бесконечное фрондерство, хамство и воровство успели и впрямь поднадоесть. Всецело находящийся на балансе государства, русский театр отдан типичной мафии – это отпрыски советских творческих династий, орденоносцев и брежневских лауреатов с кукишем в кармане, или выдвиженцы перестроечного времени, правильные люди, те, кого в фильме «Крестный отец» называли pezzonovante, «большая шишка».

Они от века сидели на полном государственном довольствии, поскольку отечественная система театров было целиком создана еще Сталиным и дошла до наших дней с минимальными изменениями. Театр, по сути – заповедник, резервация, нуждающаяся в ревизии.

Эй, господа тонкой душевной организации, видите ли, в мире есть огромное множество тем, почему у вас подчас нет ничего, кроме освещения всевозможных аспектов однополой любви? Мы в театр ходим не для того, чтобы проходить сеанс пропаганды мужеложства!

Эй, государство имеет полное право следить за каждой копейкой выделенных вам денег!

Эй, вы, девяностые закончились!

Источник

Ну и до кучи забавное изложение событий!

О весталках, гистрионах и сестерциях

 Случилось ужасное, о добрые граждане Рима! Внемлите же, и устрашитесь!

Многие свидетели рассказывают, будто в одну из темных грозовых ночей от эрария, что в храме Сатурна на Форуме Рима, отъехали несколько крытых повозок, доверху груженые серебряными слитками и полновесными сестерциями, взятыми прямиком из казны Империи. Под сверкание молний и раскаты грома повозки исчезли во тьме, причем некоторые квириты-полуночники, праздно шатавшиеся тогда по улицам Вечного Города утверждали, что последний раз телеги с сокровищами видели возле роскошной виллы скандально знаменитого гистриона Кира Аргентика…

Случилось так, что пять лет назад оный Аргентик, путем скрытых интриг, подкупа и козней, стал владельцем старинного амфитеатра, носившего имя древнего умбрийского сочинителя Гоголиция – Аргентик прежнюю труппу разогнал и набрал новую, в основном из уличных безумцев и бесстыдных греков, модно переименовал обветшалый амфитеатр в Gogolicius-centrum и занялся привычными сценическими паскудствами.

Гистрион Аргентик и ранее был дурнославен постановками, вызывавшими оторопь у публики. Пример тому спектакль «Голая весталка», повествующий о юной жрице храма Весты, сбежавшей с одним из легионов Гая Мария во времена войны с кимврами и тевтонами – на подмостках означенную весталку часто-густо-постоянно, довольно нередко хором, уестествляют многочисленные легионеры и центурионы, а сам Гай Марий облаченный в кровавую тогу, проводит жестокие децимации. Была постановка и про распутных девиц из лупанария Rebellam Vaginam – тех самых, что некогда устроили безобразную оргию в храме Юпитера, переодевшись в костюмы гарпий. А совсем недавно в Большом цирке Рима со скандалом отменили спектакль про плясуна Нурия – грека и сквернослова, поскольку в префектуре посчитали, что трясти голыми греческими podex’ами в самом Большом цирке – это уже чересчур.

Заметим отдельно, что эти сомнительные фарсы ставились в основном за счет римской казны и с одобрения любезного Мединия, советника Божественного Августа и сенатора, ведающего при дворе изящными искусствами – ведомство Мединия уже давно именуют «пенисачечной», вторя старинному рассказу о квирите, по ошибке зашедшему в префектуру изящных искусств, вместо заведения фуллонов, отмывающих испачканную одежду…

Тем не менее, гистрион Аргентик пользуется популярностью у определенной части столичной публики — у бездельников с претензией на утонченность, распутных греков (про которых он обожает ставить скабрезные пьесы) и стареющих незамужних девиц. Сама Иппоксения, эпатажная дочка бывшего префекта города Остия, высказывала к Аргентику свое благоволение. Изнывающие от праздности томные девы, которых квириты не без сарказма называют «скудоумными вагинами», именуют его «создателем интеллектуального театра, говорящего языком символов», а не прикрытые тканью задницы восхищенно определяют «базовыми мотивами лекаря Фрейдиса».

Гром грянул, как обычно, внезапно. Выяснилось вдруг, что повозки с серебром, дарованным Аргентику из казны, бесследно исчезли! На тысячи тысяч сестерциев, выделенных ему из римского эрария можно было бы построить мраморный амфитеатр, превосходящий великолепием Арену Августа, но в Gogolicius-centrum обнаружились лишь хлипкие декорации из клеенного папируса, а костюмов у актеров не обнаружилось вовсе – действительно, зачем, когда можно бегать по подмосткам в костюмах Купидона?!

Городская когорта, расследуя это дело, ввергла в Мамертинскую тюрьму некоторых вольноотпущенников, клиентов и параситов Аргентика, а сам он заперся на своей вилле на Палатинском холме и отвечать на вопросы любопытствующих квиритов не желает, уверяя лишь, что стал жертвой завистников, клеветников, бездарей и (ну разумеется!) лично Цезаря Августа, коего считает тираном и деспотом.

В стане поклонников Аргентика поднялась буря негодования. Гений! Мастер! Светоч римской культуры! Ярчайшая звезда на небосклоне! Внебрачное дитя Мельпомены! И хватит говорить про podex – podex это символ, вы ничего не понимаете, тупые плебеи из грязной Субуры! И даже если Гений взял чуточку немножечко сестерциев из казны, очень хорошо – пусть лучше монеты пойдут на высокое искусство, чем на очередную боевую колесницу или мечи для легионеров! Украл? Пусть украл, но его можно и нужно простить хотя бы потому, что он… Он!.. ОН!.. (обычно затем скудоумная вагина налаживается упасть в обморок).

Чем закончится эта история, и продадут ли Аргентика в рабство на рудники за воровство, пока неясно. Однако, хочется вопросить префекта пенисачечной Мединия – доколе? Доколе подати граждан будут тратиться на таких вот гистрионов, с «Голыми весталками», бесстыдными девицами из завшивленных лупанариев и греческие оргии на подмостках? Нет, если угодно – пускай Аргентик ставит свои оскорбляющие богов фарсы на собственные средства, но при чем тут мы – Народ Рима? И наши деньги?!

Хватит! Голые весталки – за свой счет!

 

Продолжаем тему. Тридцать Серебренников. И забавный бонус «О весталках, гистрионах и сестерциях»
Оцените эту новость

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Нравится
  • Опубликовано: 3 месяца ago on 16.08.2017
  • Последнее изменение: Август 16, 2017 @ 9:31 дп
  • Рубрика: ЯНормальный.РФ
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вас возможно заинтересует...

Полки добра

Читать далее →

Подписывайтесь на нас в Фейсбуке

Powered by WordPress Popup

Scroll Up