Loading...
You are here:  Home  >  История  >  Current Article

Семь магических действий, которые совершали с новорожденными на Руси. ЗАЧЕМ НА РУСИ «ПЕРЕПЕКАЛИ» ДЕТЕЙ?

Опубликовано: 15.08.2017  /  Нет комментариев

Рождение восполняет смерть, жизнь потомков продолжает жизнь предков. Рождение – дар, благодать, но вместе с тем новорожденный младенец считался у славян опасным и нечистым.

Изначально ребенок принадлежит чуждому миру. Придя в мир людей, он нуждается в очеловечивании, «доделывании», подобно некоему материалу, из которого нужно вылепить, «сотворить» человека…

Обрезание пуповины

Пуповину, согласно древней русской акушерской традиции, нужно отрезать на определенном расстоянии от живота, например, в некоторых районах было принято расстояние в три пальца. Существовало поверье, что если пуповину у новорожденной девочки отрезать ближе, то, став взрослой, она будет ветреной… Отрезали пуповину на каком-нибудь твердом предмете: мальчику на дубовой плахе, чтобы был крепок, или на топорище, чтобы лучше владел топором, или на книге, чтобы грамотным был. Девочке пуповину отрезали на ольховой плахе, чтобы трудолюбивой была. Пуповину перевязывали льном, прядевом, материнскими волосами. Затем мать прятала пуповину где-нибудь во дворе. Когда ребенку исполнялось 5-6 лет, он должен был развязать пуповину сам, что говорило об его умственных способностях. Если же ребенок не смог развязать пуповины до 6 лет, то считался глупым, «безнадежным».

Захоронение плаценты

Выход плаценты, детского места, последа, рассматривался как вторые роды, при этом ребенок оставался среди людей, а плацента возвращалась в иной мир. Совершался обряд погребения: детское место обмывали, «одевали» (заворачивали в чистую тряпку), снабжали продуктами и закапывали обычно в том месте, где произошли роды. Для того чтобы еще рождались дети, место захоронения осыпали зерном, поливали. Так, погребение обеспечивало новое рождение, поддерживало непрерывный обмен между предками и потомками, нелюдьми и людьми.

Обмывание

Во время ритуального обмывания новорожденный отделялся от того мира, откуда появился: с него смывали чуждость, чтобы затем «вылепить» человека. В севернорусских районах обмывание происходило в бане: ребенка распаривали, доводили его мягкость до предела, после чего повитуха гладила младенцу головку, стараясь сделать ее круглее, сжимала ноздри, чтобы они не были слишком широкими и плоскими. После купания ребенка заворачивали в старую, грязную рубаху отца. Ведь именно старые и поношенные вещи олицетворяли преемственность поколений, передачу ценностей от старшего к младшему. Так, во время заворачивания, одевания ребенок приобщался к культурной сфере, наделялся человеческими признаками.

Имянаречение

По окончании родов повитуха отправлялась к священнику договариваться о крестинах. Только в исключительных случаях, когда ребенок был очень слаб, и ему грозила смерть, церковь разрешала повитухе самой совершать обряд крещения и давать младенцу имя. Ребенка обычно называли именем святого, день памяти которого был ближайшим «наперед», или же ребенка называли в честь умершего или живого родственника: мальчиков, к примеру, часто называли именем деда. Имя обуславливало не только поведение человека, но и его физическое состояние. Распространены представления о том, что если ребенок слаб и болеет, следует изменить его имя, хотя вообще имя не принято было менять.

Передача ребенка крестным родителям

Крестные родители выкупали младенца у повитухи, после чего вместе с новорожденным отправлялись в церковь. Путь в церковь представлялся опасным, так как ребенок в период между рождением и крещением считался особенно уязвимым: он уже выделен из сферы чужого, но еще не окончательно включен в мир людей. По дороге в церковь кумовья должны соблюдать ряд предписаний: идти быстро, не оборачиваться, не разговаривать, не мочиться и т.д. Акт крещения уподоблялся рождению, то есть во время крестин происходило «настоящее» рождение. Поэтому большое значение придавалось дню крестин, времени суток, положению тела ребенка и особенностям его поведения во время крещения. Среди подарков, которые крестные готовили новорожденному, обязательными были крестик, пояс и рубаха. Именно эти предметы отличают человека (своего, крещеного, живого) от нелюдей (чужих).

Получение доли

Важное условие жизни человека – обретение доли (части) жизненной силы из общего запаса, который распределялся между всеми людьми. С одной стороны, доля каждого предопределена свыше, а с другой, доля не только дается, но и берется, и человек сам кузнец своего счастья. На наличие или отсутствие доли у младенца указывали многие приметы: если ребенок родится лицом вниз – скоро умрет; если с длинными волосами на руках, на ногах или в «сорочке» — будет счастлив; с перевитой пуповиной — будет солдат; дочь, похожая на отца, или сын, похожий на мать, — счастливы.

Зачастую доля воплощалась в главном блюде крестинного обеда – каше. На крестины приглашались все главы семей в деревне, и каждый уносил с собой после обеда немного каши для своих детей. Так каждый ребенок селения получал свою часть каши, свою долю после очередного перераспределения.

«Доделывание» ребенка

Предполагалось, что ребенок рождается «сырым», поэтому в некоторых областях все новорожденные подвергались «доделыванию», «допеканию»: ребенка сажали на лопату и клали в печь, подобно хлебу, или имитировали такое сажание. Больных и слабых детей «перераживали», «переделывали»: мать становилась на место происходивших родов и до трех раз протаскивала ребенка через ворот своей сорочки сверху вниз. Также больных младенцев протаскивали через дупло, расщепленное дерево и другие отверстия (например, хомут), символизирующие вход в иной мир, куда ребенок временно возвращался, чтобы вновь родиться.

Источник 

ЗАЧЕМ НА РУСИ «ПЕРЕПЕКАЛИ» ДЕТЕЙ?

Помните злую Бабу-Ягу, которая сажала Иванушку на лопату и отправляла в печь? На самом деле – это отголосок старинного обряда «перепекания ребенка», который, несмотря на свою древность, был очень живуч и в иных местах сохранялся вплоть до XX века, а то и дольше…

Помимо записей этнографов и историков, сохранились и литературные упоминания об этом действе, которое было весьма распространено у наших предков. Например, ему подвергался в детстве Гаврила Романович Державин, по свидетельству В.Ходасевича, оставившего нам жизнеописание классика. Правда, процедурные подробности там не указываются.

Итак, «перепекание ребенка» – древний обряд. В одних местах к нему прибегали в случае рождения недоношенного, хилого младенца, при наличии рахита («собачьей старости»), атрофии и прочих недугов. В других – отправляли в печь всех подряд новорожденных. ЗАЧЕМ? — Вот об этом и поговорим.

Считалось, что если ребенок появился на свет раньше времени, если он слаб или болен, то это значит, что «не дозрел» в материнском чреве. А раз так, то нужно довести его до «нужной кондиции» с тем, чтобы он не только выжил, но и обрел необходимые жизненные силы.

Печь в традиции древних славян представляла собой своего рода отражение вселенной как триединого мира: небесного, земного и загробного, равно как и место общения с предками. Поэтому к ее помощи обращались, чтобы спасти недужное дитя.

При этом уподобляли рождение ребенка выпечке хлеба, а потому в классическом варианте «перепекания» младенца предварительно обмазывали ржаным (и только ржаным) тестом, оставляя свободными от него только рот и ноздри. Тесто, к слову сказать, тоже было не простое, а на воде, принесенной на рассвете из трех колодцев, желательно – бабкой-знахаркой.

Обмазанное тестом дитятко укладывали на хлебную лопату, привязывали к ней и трижды отправляли на короткое время в теплую (не горячую!) печь, в которой нет огня. В одних местах это поручалось бабушке-повитухе, в других – самой матери, в третьих – самой старой женщине в селении.

Никогда перепекание не проводилось в одиночку и всегда сопровождалось особыми речами. Но если бабушке-повитухе (при которой состояла помощница, чтобы снять ребенка с лопаты), достаточно было побормотать что-нибудь вроде: «Припекись, припекись, собачья старость», то в других случаях предполагался обязательный диалог участниц процесса.

Смысл его заключался не только в произносимых словах-иносказаниях, но и поддерживал ритм, в котором надо было отправлять и возвращать из печи ребенка, чтобы он не задохнулся. Например, если по ритуалу полагалось действовать лопатой матери, то у дверей могла стоять свекровь.

Входя в дом, она спрашивала: «Что ты делаешь»? Невестка отвечала: «Хлеб пеку» — и с этими словами двигала лопату в печь. Свекровь говорила: «Ну, пеки, пеки, да не перепеки» и выходила за дверь, а родительница доставала лопату из печи.

Аналогичный диалог мог происходить с женщиной, которая, трижды обойдя избу по ходу солнца, вставала под окно и проводила ту же беседу. Кстати, иногда под окном вставала мать, а у печки орудовала знахарка.

Существует детальное описание обряда «запекания» ребенка от сухотки, сделанное одним из дореволюционных бытописателей, которое завершается «продажей» ребенка, причем знахарка забирает его на ночь, а затем возвращает матери.

«В глухую полночь, когда печь простынет, одна из баб остается с ребенком в избе, а знахарка выходит во двор. Окно в хате должно быть открыто, а в комнате темно. – Кто у тебя, кума, в избе? спрашивает со двора знахарка – Я, кума – (называет себя по имени) – Более никого? продолжает спрашивать первая – Не одна, кумушка, ох не одна; а прицепилась ко мне горе-горькое, сухотка поганая – Так ты ее, кума, выкинь ко мне! советует знахарка – Рада бы бросить да не могу, слышится из избы – Да почему? – Если выкину ее поганую, то и дите-чадо придется выкинуть: она у нем сидит – Да ты его, дите-то, запеки в печь, она и выйдет из него, слышится совет кумы».

После этого ребенка кладут на лопату для выпечки хлеба и помещают в печь. Знахарка, бывшая во дворе, обегает вокруг дома и, заглянув в окно, спрашивает: « – А что ты, кума, делаешь? – Сухотку запекаю <…> – А ты, кума, смотри, не запекла бы и Ваньку – А чтож? – отвечает баба, – и Ваньку не пожалею, лишь бы ее, лиходейку, изжить. – Ее запекай, а Ваньку мне продай».

Затем знахарка передает в окно три копейки, а мать из хаты подает ей на лопате дитя. Это повторяется трижды, знахарка, обежав хату и каждый раз через окно возвращая ребенка матери, ссылается на то, что он «тяжеловат». «Ничего здорова, донесешь» – отвечает та и снова передает на лопате дитя. После этого знахарка уносит ребенка домой, где он и ночует, а утром возвращает его матери.

Этот древнейший обряд был широко распространен у многих народов Восточной Европы, как славянских, так и неславянских, бытовал у народов Поволжья – мордвы, чувашей. Сажание в печь ребёнка, как средство народной медицины, широко использовали многие европейские народы: поляки, словаки, румыны, венгры, литовцы, немцы.

Дореволюционный этнограф и краевед В.К. Магницкий в своей работе «Материалы к объяснению старой чувашской веры» пишет: «Вот как, например, лечили они детское худосочие. Больного ребенка клали на лопату, покрытую слоем теста, а затем закрывали его сверху тестом, оставляя лишь отверстие для рта. После этого знахарь три раза просовывал ребёнка в печь поверх горящих углей». Затем, согласно исследованию другого этнографа П.В. Денисова, ребенка «сбрасывали с лопаты сквозь хомут к порогу, где собака съедала покрывавшее ребёнка тесто». Во время всей этой процедуры читала ряд наговоров.

Вариантов обряда перепекания было много. Иногда ребенка обмазывали тестом, лопату с ним проносили над тлеющими углями или сажали в остывшую печь. Но было у всех и общее: обязательно на хлебной лопате и в печь, как символ огня. Возможно, в этой языческой процедуре следует видеть отголоски одного из древнейших обрядов – очищение огнем.

А вообще, эта похоже на некую закалку (горячо-холодно), которая мобилизует организм на борьбу с болезнью. Согласно свидетельству старожилов, к методу «перепекания» прибегали в очень крайних случаях, после этого младенец должен был или умереть, или выздороветь.

Случалось, что ребёнок умирал, когда его еще не успевали отвязать от лопаты. При этом свекровь на плач снохи говорила: «Знать, ему не жить, а кабы перенес, так стал бы, знаешь какой крепкий после этого»…

Следует отметить, что обряд «перепекания» возродился в советское время. По воспоминаниям жителя села Ольховки В.И. Валеева (1928 г.р.), «перепекали» и его младшего брата Николая. Произошло это летом 1942 года. Брат его был не только худосочен, но к тому же криклив и капризен. Врачей в селе не было.

Собравшийся «консилиум» из бабушек поставил диагноз: «На нем – сушец». Назначен был единодушно и курс лечения: «Перепекать». По словам Валеева, его мать посадила брата (ему шел шестой месяц) на широкую деревянную лопату и несколько раз «сажала» Николая в печь. Правда, печь уже основательно остыла. А в это время свекровь бегала кругом избы, заглядывала в окна, стучала в них и несколько раз спрашивала: «Баба, баба, что печешь?». На что сноха неизменно отвечала: «Сушец пеку».

ЗАЧЕМ ЖЕ ВСПОМИНАТЬ «СТАРИНУ СЕДУЮ»? А помните, как в сказке гуси-лебеди прекратили погоню за детьми только после того, как те забрались в печку? Печка может быть условной… Ведь сам процесс перепекания был не только медицинской процедурой, но и в не меньшей степени – символической.

Таким образом, помещение ребенка в печь, помимо сжигания болезни, могло символизировать одновременно:

– повторное «выпекание» ребенка, уподобленного хлебу, в печи, являющейся обычным местом выпечки хлеба и одновременно символизирующей женское чрево;

– символическое «допекание» ребенка, «не долеченного» в материнской утробе;

– временное возвращение ребенка в материнское чрево, символизируемое печью, и его второе рождение;

– временную смерть ребенка, его пребывание в ином мире, символизируемом печью, и возвращение в этот мир.

…Вот так, добропорядочную знахарку Бабу-Ягу сказочники превратили в кровожадную злодейку, пекущую в печи детишек…

Семь магических действий, которые совершали с новорожденными на Руси. ЗАЧЕМ НА РУСИ «ПЕРЕПЕКАЛИ» ДЕТЕЙ?
Оцените эту новость

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Нравится
  • Опубликовано: 3 месяца ago on 15.08.2017
  • Последнее изменение: Август 14, 2017 @ 7:47 пп
  • Рубрика: История
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вас возможно заинтересует...

Флорентий Павленков — основатель серии ЖЗЛ

Читать далее →

Подписывайтесь на нас в Фейсбуке

Powered by WordPress Popup

Scroll Up