Loading...
You are here:  Home  >  Общество  >  Мнение  >  Current Article

Входной билет для Москвы

Опубликовано: 04.12.2015  /  Нет комментариев

Михаил Метцель/ТАСС

Фото: Михаил Метцель/ТАСС

Ни для кого не секрет, что внешнеполитическое положение России в 2015 году было куда более выигрышным, чем в 2014. Да, были совершены ряд терактов против российских граждан, однако параллельные теракты в Париже и переход украинских властей от сомнительной к неадекватной политике резко повысил уровень понимания западных обществом мотивов тех или иных действий Кремля. Осталось только чтобы это понимание демонстрировали и западные политики.

Возможно, именно в расчете на это понимание и строилась сама речь президента. В нем он, вопреки обыкновению, практически не обвинял США во всех смертных грехах, не критиковал НАТО и действия «западных партнеров». Он сосредоточился на необходимости совместной борьбы против общей угрозы в лице ИГ. «Невозможно победить международный терроризм силами только одной страны, особенно в условиях, когда границы в мире фактически открыты, а мир переживает ещё и новое переселение народов, когда террористы получают постоянную финансовую подпитку», — заявил президент. На спонсорах терроризма Путин остановился отдельно, и если раньше он говорил о них обезличенно (например, что они присутствуют среди стран-участниц G20), то сейчас глава государства прямо указал на тех, кто поддерживает современных мракобесов. Речь, естественно, пошла о Турции, а точнее о части турецкой политической элиты, которую, по словам президента, Аллах лишил разума.

Путин рассказал не только о том, что турки финансируют ИГ, но и о дальнейших действиях в ответ за сбитый турецкими ВВС российский бомбардировщик. Президент заявил, что Москва бряцать оружием не будет — то есть дал понять, что Россия не собирается переходить к агрессивному нарушению турецкого суверенитета и угрозам безопасности Турецкой республики (не путать с действиями по защите сирийского суверенитета и сирийских границ от нарушений). Однако он тут же пояснил, что политика давления будет продолжена. «Если кто-то думает, что, совершив подлое военное преступление, убийство наших людей, они отделаются помидорами или какими-то ограничениями в строительной и других отраслях, то они глубоко заблуждаются. Мы ещё не раз напомним о том, что они сделали. И они ещё не раз пожалеют о содеянном. Мы знаем при этом, что надо делать», — сказал президент. И в этом плане ключевым моментом является принципиальный отказ Кремля говорить о конкретных шагах — вероятно, Москва хочет, чтобы турецкие бизнесмены оценили все варианты, подсчитали возможные убытки, ужаснулись и надавили на своего президента. Ну а заявления Путина о том, что русские «были готовы сотрудничать с Турцией по самым чувствительным для неё вопросам и готовы были пойти так далеко, как их союзники не желали делать» явилось своего рода вишенкой на преподнесенном туркам тортике последствий. Явный намек на курдский вопрос, в котором союзники Анкары в лице Соединенных Штатов пошли на договоренности с сирийскими курдами, создавая тем самым серьезную и долгосрочную угрозу для турецкой национальной безопасности.

Еще одним из наиболее интересных сегментов внешнеполитической части речи стала позиция России в отношении киевского режима. Этой позиция не была озвучена — по сути российский президент не сказал об Украине ничего, ни прямо, ни косвенно. Такое игнорирование страны, в 2015 году являвшейся ключевой внешнеполитической проблемой России, может объясняться несколькими причинами. Во-первых, выжидательной тактикой, которую занял Кремль. Наша линия в отношении Киева фактически заморожена как минимум до февраля, пока не прояснится ситуация с очередным нарушением украинской стороной Минских соглашений, поэтому делать программные заявления пока рано. Во-вторых, у России и Европы есть, по всей видимости, некое подобие рамочного компромисса по Украине, и Путин не хочет его никак подрывать. Наконец, в-третьих, по Украине он все сказал и показал за сутки до этого, когда лично приехал в Крым на тестовый запуск первого кабеля энергомоста с Кубани. Москва больше не рассчитывает на Киев как на договороспособного партнера,  и будет в дальнейшем искать компромисс с ЕС по разделу влияния и выработке правил игры на украинском пространстве. Чем больше Украина на фоне российского молчания и пассивности совершает ошибок (взять хотя бы тот же подрыв ЛЭП, который Германия — главный адвокат Киева в ЕС — напрямую назвала преступлением), тем проще будет достигнуть этого компромисса. И когда его достигнут, Владимиру Путину будет что сказать и россиянам, и украинцам.

В целом же текст речи подчеркнул претензию Москвы на глобальное политическое лидерство особенно на контрасте с поведением тех стран, которые «заварили кашу, разрушили государственность, стравили людей между собой, а потом просто, как у нас говорят в России, умыли руки, открыв дорогу радикалам, экстремистам и террористам». Все прекрасно понимают, что проявленные в ходе сирийской операции лидерские качества (которые подразумевают не только готовность бомбить всех подряд, но и соблюдать при этом международное право, а также находить компромиссы с теми участниками событий, которые к ним готовы) являются входным билетом Москвы в пул управляющих будущего многополярного мира. И выбрасывать этот билет Россия не собирается.

Источник

Входной билет для Москвы
Оцените эту новость

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Нравится
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вас возможно заинтересует...

Влад Шурыгин. Нужен ли нам спорт национальных унижений?

Читать далее →

Подписывайтесь на нас в Фейсбуке

Powered by WordPress Popup

Scroll Up