Loading...
You are here:  Home  >  Авторская колонка  >  Current Article

Зуб

Опубликовано: 09.07.2016  /  Нет комментариев

Зуб.

 «Куда вы меня везёте – я же ещё жив!»

«Если доктор сказал в морг –

никаких возражений!»

Из фольклора.

 

Капитан–лейтенант Пониковский Станислав Семёнович (его я неоднократно описывал – поэтому повторяться не буду) в июне 199.. года сидел в центральном посту ПЛ «Б–…», находящейся на глубине … метров в непосредственной близости от острова Итуруп, в кресле ВИМ и решал задачи из «Журнала ТТД БИТС» (тактикотехнических данных при боевом использовании технических средств). Лодка находилась в длительном плавании и выполняла всяко разные задачи по поиску и условному уничтожению супостата вблизи наших территориальных вод, дабы всякий любитель исконно русских земель знал – Джульбарс на посту!

Было спокойно, дышалось, правда, тяжеловато – цэ о два медленно, но неуклонно держалось на отметке 0,8%, невзирая на работающие установки РДУ (регенеративные двухярусные установки). СО2 – это то что мы выдыхаем. В принципе ничего страшного, только душно, потно и спать тянет, а так жить можно. Станислав любил поломать свою лысую (под станочек с «Невою» выбритую) забубённую головушку над всяко разными формулами и задачами, графики построить и таблички заполнить – кстати, ему это потом неоднократно сильно помогало и дважды спасло его и экипаж из практически гибельного положения.

1

Командир группы – механёнок – стоял в длительном плавании на вахтах, как правило, ночью – вместе с командиром ПЛ, а днём стоял механик со старпомом. В автономках механики стояли двенадцать через двенадцать – и это не считая учебных тревог, занятий, тренировок и всяко разных других мероприятий по окаянному суточному плану, так что спать механикам в походе если и удавалось часов 56 в сутки – это было за счастье.

Автономка перевалила за экватор, зачёты Пониковским были подтверждены, и поэтому он занимался по своему личному плану. А планы у Станислава были никак не менее наполеоновских – он мечтал создать автоматизированную таблицу для приведения плотности электролита в аккумуляторных баках к 30°С – ибо приведение плотности после заряда всех баков занимало приблизительно 10 часов рысканья по таблицам в Формуляре и Инструкции по эксплуатации АБ. [Необходимо сказать, что к концу автономки Пониковский не только создал таблицу приведения плотности электролита, но и ухитрился сделать графики расчёта остойчивости и непотопляемости ПЛ при заполнении каждого отсека ПЛ через каждые 0,5 метра – кто служил на ПЛ – тот оценит сей труд]

Время было уже что–то около десяти часов утра по местному (Итурупскому) времени, а по лодочному времени – час ночи. Стас писал, думал и чертил, не забывая одновременно посматривать за боцманом, большого любителя, сидя за «Пиритом», повертеть головой или поспать (о нём я рассказал в своём очерке «Я не сплю»). Командир сидел в своём кресле и читал творение старпома – ЖУС [Журнал учёта событий]– за прошедшие сутки, нещадно вымарывая целые абзацы и вписывая свои комментарии. Сидящий рядом с командиром «шаман», наблюдая за творчеством первого после Перуна и Ния, тяжело вздыхал в надежде, что командир заметит это, на что, впрочем, командир не обращал никакого внимания.

2

СПК, сидевший рядом с механиком в кресле, шелестел листами суточных планов и пытался свести воедино несоединяемое (примерно как пишут на грузовых машинах нонче – «Уважаемый клиент! Мы всегда поможем вам впихнуть невпихуемое!») – то есть запланированные мероприятия по суточному плану со стойким нежеланием личного состава выполнять оные, отчего над лысиной старшего помощника первого заместителя Творца и Бога Ния стояло колыхающееся марево.

Наконец, Пониковский оторвался от плодов трудов своих и, обратясь вроде как бы ни к кому конкретно, вопросил:

– А не испить ли нам чайковского (то есть чаю)?

Старпом и командир практически в один голос выразили одобрение столь вовремя поданной механиком мысли. И дело вовсе не в том, что пить кому–то хотелось – как раз наоборот – как я уже указывал в центральном было влажно, потно и душно – а в том, что можно было «на шару» (как любили говорить во времена юности Стаса Пониковского) попить.

Тут надо сделать небольшое отступление.

А знает ли уважаемый читатель, что означает такое простенькое слово, как «вода»? Скорее всего все дружно ответят – вода – это Н2О, продукт, полученный в результате химической реакции двух атомов водорода с одним атомом кислорода. Вроде и правильно – но только в плане материальном. А что нам по данному поводу может сказать Родовая Память, одним из составляющей которой является Родной Язык.

С некоторых пор я взял на себя смелость делать такие вот отступления от излагаемой темы рассказа – и вовсе не потому, что мне так уж хочется сделать пальцами «козу» и показать – какой я умный. Нет, мне хочется, чтобы уважаемый мною читатель задумался над Образами тех слов, которые он использует в повседневной речи, над теми энергетическими Образами, которые наши Предки воспринимают на Небесах (то есть там, где «Не(т) Беса»), чтобы как раз у него (читателя) и включалась та самая Родовая Память.

Итак, слово «вода». Русские Слова – это очень сложные Энергетические Конструкции, обладающие огромным психо–энергетическим потенциалом. Наши Предки, создавая Образы (Слова) для описания того или иного явления, использовали принцип аббревиатур – то есть, чтобы не говорить пол–часа о каком–либо явлении – они просто из аббревиатур Слов, описывающих данное явление, составляли Слово (Образ). Причём составляли очень мудро – в зашифрованном виде Словом описывалось несколько «подходов» к описанию описываемого явления.

К примеру – возьмём самое простое слово – «водопад». Чего проще – это природное явление, когда вода, стекающая откуда–то по руслу подходит к некоторому обрыву в своём русле, после которого летит вниз – до нового русла и течёт себе дальше. Так или примерно так описали бы современные люди это явление. Смотрим, как к этому делу подошли наши Предки. Тут необходимо отметить, что многие Русские слова Предками писались СЛЕВАНАПРАВО, а их Образ (первичный – то есть поверхностный) воспринимался СПРАВАНАЛЕВО. То есть первичная расшифровка слова «водопад» было «ПАДающая Она ВОДа». Далее рассмотрим вторичную (более глубокую) «расшифровку» сего Слова – «Движущаяся самостоятельно с некоторого возвышения вниз вода». Почему я так написал. А потому что Образ Буквицы «О» [«Онъ»] – это «нечто самостоятельное».

Поедем далее – это ещё не всё. Теперь будем искать причину, по которой Предки наши утверждали, что вода «движется самостоятельно с некоторого возвышения». А для этого необходимо «расшифровать» Образ слова «Падающая» – «Па(вершина)+Да(утверждение)+Ю(ньдвижение взаимосвязи с основным потоком)+Щ(аплотность, разнообразие, неопределённость состояния)+Ая(форма присоединения)». То есть теперь можем описать Образ слова «водопад» следующим манером: «Движущееся из верхней точки в нижнюю точку нечто самостоятельное в основном потоке атмосферы и земли (этот процесс утверждён – то есть фактически происходит) как вид материи, имеющий определённую плотность (вода)».

Более глубинные «прочтения» разбирать не будем, однако скажу, что в этот Образ включены – такие понятия как «водяная пыль», «шум», «очищение атмосферы», «насыщение атмосферы частицами воды», «перемешивание структуры воды», «гравитация», «сила притяжения» (а это не одно и то же – ибо «сила притяжения» – только одна из составляющих «гравитации»), «работа» (я не очень люблю это слово – ибо она означает «Раб+О(н)+Та(это)» – то есть то, что должен делать раб – недаром даже коммунисты писали везде, где нынче продвинутые молодые дарования рисуют граффити или до боли знакомые слова из лексикона пьяного извозчика, которому никак не удалось разъехаться на санях с верстовым столбом, «Слава ТРУДУ» – но никак не «Слава работе») – то есть – из курса физика – сила, помноженная на расстояние, а сила, если кто и забыл, – это масса на ускорение, то есть опять всё завязано на гравитацию. А также «восприятие», «обновление» и ещё много чего…

Как видите – в одном слове «зашифровано» очень многое. Теперь вернёмся к Слову «вода». Как я уже указывал – Многомудрые Предки наши – Славяне писали слева–направо, а Образ воспринимали справа–налево. Но и это ещё не всё. Они могли воспринимать Образы и слева–направо, а также слогово.

Давайте рассмотрим на это все с точки зрения чтения Образов, заложенных в «воде».

Начнём со слогового восприятия: «Вода» – «Во+Да».

То есть «вода» – это «нечто утверждённое, вызывающее восхищение»

Теперь рассмотрим Слово «вода» немного под другим углом зрения: «Вода» – «В+О+Д+А»: Чтобы не тратить время – сразу при расшифровке покажем и то, что «записано» в Энергетический Образ этих двух восклицаний:

«Во»

В – буквица «Веди» (Мудрость на Небесах и Земле ведаю) [Буквицу «Ять» я не пишу – ибо у многих ПК не поддерживает Славянский шрифт]

О – буквица «Онъ» (нечто, отделение свещенного от земного, нечто самостоятельное)

«Нечто самостоятельное, потребление которого может помочь познать Мудрость на Небесах и Земле»

«Да»:

Д – буквица «Добро» – (развитие, достаток, накопление)

А – буквица «Азъ» (Бог, живущий и созидающий на Земле)

«Добро, созданное Творцом для Асов, чтобы они могли жить и созидать на Земле»

Теперь суммируем Образ Слова «вода»

«Некое самостоятельное Добро, созданное Творцом для Асов, чтобы те могли жить и созидать на Земле, и потребление которого может Асам помочь познать Мудрость на Небесах и Земле»

Не поленимся взглянуть с третьей стороны. Давайте посмотрим через числовые значения Буквиц: В2; О70; Д4; А1. Сложим, получаем число «77». Запишем в Буквенном значении: •ОZ, где

Z – буквица «Земля» – земля, почва

О – буквица «Онъ» (нечто, отделение свещенного от земного, нечто самостоятельное)

Суммируем и получаем: «нечто существующее на земле для её блага»

А если ещё вспомнить, что для полного Образа надо воспользоваться законами Ведической науки «Звёзды и Земли», коя гласит, что любое составное число необходимо привести к однозначному, то 77 ≡ 7 + 7 = 14 ≡ 5

В Буквенном значении «5» – это Буквица «Есть» – Є – «5 элементов Бытия, форма Жизни, Бытие», а как читатель уже догадывается, без воды на Мидгардъ–Земле никаких форм Жизни, ныне существующих (я не имею в виду некоторые виды бактерий, живущих в магме вулканов и прочих экстремальных условиях) на земле, вряд ли бы было (помните как в фильме «Иван Васильевич меняет профессию»: «Какое такое Бытие твое, пёс смердячий…»)

Ну и на последок – это чтения Образа Слова «вода» справа–налево:

ААгни;

Д – деяние;

О – она;

В – ведать.

Уверен на 100%, что читатель, увидев обратную последовательность, подумал – «Ни фига себе – Адов! Эк Станислав Семёнович заврался в очередной раз!» Но смею обратить просвещённое советским образованием внимание читателя на тот факт, что в Русском Языке до прихода христиан такого слова как «Ад» в понятии «место для грешников» попросту не было! Была «Преисподняя», было «Пекло», было «Чистилище» – вот только «Ада» не было…

В итоге получаем Образ: «Ведает она деяния Агни. Океан информации, информационный поток, несущий жизненную силу, когда в реке окунешься».

Для пытливого читателя поясняю – Агни – это х’Арийская Руна , означающая: «Священный Огонь» – не только домашнего очага, но и Созидающий Огнь Творца.

И под конец, не удержусь и приведу свои рассуждения по поводу – откуда произошёл английский язык. Вспоминаем английское слово «water». Произнесём его вслух – получим «вотэ» – тоже аббревиатура «ВО(да)+ТЭ(это

Теперь ты, уважаемый читатель, подготовлен к дальнейшему развитию событий в моём рассказе, хотя и вправе задать сакраментальный вопрос: «А причём тут вода–то?». Отвечаю пытливому читателю: «А притом! Общесудовой запас пресной воды на ДПЛ [дизельной подводной лодке] ограничен». Установка «ЭХО» – электрохимический опреснитель – «жрёт» энергию как тунеядец, а на выходе – «техническая вода», которую пить никого не заставишь. В своё время Пониковский, ещё будучи лейтенантом, предлагал ЦКБ «Рубин» использовать для опреснения теплоту выхлопных газов, на что получил ответ: «Не лезь туда, куда тебя не просят», однако, как Станислав Семёнович позже узнал, его идея где–то даже претворилась в жизнь, без уведомления, ессно – как это всегда и было при Советской власти – автора. Механики, ессно, ухитрялись находить дополнительные цистерны на ПЛ для размещения запаса пресной воды, но воду из тех цистерн, которые хоть и обрабатывались докторами хитрыми химикалиями, всё–таки никто не решался употреблять в пищу.

Так вот, о наболевшем – о девочках. Механик был хоть и в малом звании (как я уже упоминал – но на всякий случай повторюсь – а то по собственному опыту знаю – люди имеют поразительную способность забывать содержание того, что прочитал минут 5 назад – Стас имел первое военно–морское звание – «капитан минус лейтенант»), но солиден годами, а следовательно, и опытом. Поэтому он в автономку брал с собой две 20-литровые канистры из–под подсолнечного масла (подводники со стажем должны их помнить – куда только их потом не использовали начиная от канистр под бензин и кончая – для хранения родимого «шильца»), должным образом пропаренные и отмытые, с пресной водой.

На 45 суток механику хватало безбедно жить, попивая чаёк, не расходуя излишне общесудовой запас, на страже которого он, совместно с потомком кубанских казаков и ярым врагом Лейбы Бронштейна мичманом Метельниковым Владимиром Сергеевичем, которого я уже упоминал в своих скромных записках и который также был известным всему подводному флоту Дальнего Востока человеком [смотри рассказ «Приём топлива»], стоял аки Цербер. Командира и помощника всегда бесил тот факт, что Пониковский ухитрялся приходить с автономки, имея на борту 11,5 тонны пресной воды, на что механик всегда на полном серьёзе отвечал возмущающимся – «Это НЗ – на дизеля».

Помощник сатанел, брызгал слюной и кипятился, однако переубедить механика в нецелесообразности «жмотничества» по части воды – из–за больших габаритов и возможностей Станислава Семёновича – ему никогда не удавалось, благо из личного состава никто не возмущался, а что касается дополнительных расходов – Стас всегда говорил помощнику – «У тебя, что канистр не хватает – набери и пей, пока не лопнешь!». После этого, как правило, помощник надувался и надолго умолкал, предпочитая с мехом не ссорится, ибо провизионки, ибо «Машка» [холодильная установка провизионных камер], ибо «ПКЭ–50» [печь корабельная электрическая, производительностью 50 порций], ибо… да мало ли чем механик мог осложнить и без того тягостную (по собственной дурости – как правило) жизнь помощника командира…

Итак, командир со старпомом согласились со светлой мыслью Пониковского, что не мешало бы и промочить горло стаканом чайковского (то есть чая). Было получено добро от командира, механик встал со своего кресла и, пройдя в рубку штурмана, изъял у того электрический чайник, емкостью 1,7 литра. Затем Станислав Семёнович протиснулся в третий отсек, спустился на второй настил и прошёл в свою каюту. Там из шкафа он достал заветную (уже изрядно опустошённую) канистру и набулькал полный чайник. Выйдя из каюты, он закрыл дверь, поднялся на верхний настил, поставил чайник на полочку перед умывальником и прошёл к камбузу.

На камбузе узкоглазый сын солнечного Таджикистана вместе с дневальным по камбузу из числа мотористов (тем–то в подводном положении делать особо было нечего) чистил овощи и картошку, напевая что–то тягучее и нудное – как степь с опиумным маком. Механик зашёл на камбуз, и осмотревшись, озадачил саксаула (ой, звиняйте – будущего аксакала) процессом изготовления 3-х «мужчинских» (как любил говорить Стас) бутербродов – это типа ломоть хлеба, испачканный сверху пол–сантиметровым слоем масла, сверху – что–то типа рыбы из консервов (я уже как – то писал, что в те почти что «застойные» или как их теперь называют «годы начала развития демократии» – то есть годами, когда начался повальный (едва прикрытый) грабёж населения бывшего СССР представителями богоизбранного народа – консервы эти – век бы их не видеть – но как они спасали нас в лихие 90).

После всех выполненных мероприятий, товарищ Пониковский С.С. с чувством выполненного долга, вернулся к умывальнику, забрал чайник, и после нескольких несложных манипуляций переместился в центральный пост. Далее всё покатилось по накатанной схеме – чайник был водворён в рубку штурмана, воткнута была вилка в розеточку, и чайник начал весело «посвистывать». Из соседней рубки выглянула голова «глухаря» – старшины команды акустиков – мичмана Чернокопытенко Василий Андреевича, которая произвела колебания отсечного воздуха вопросов: «На меня хватит?»

Мичман Чернокопытенко В.А. – украинец по национальности [тут вспоминается хорошая мысль, выловленная на просторах Интернета: «В принципе Россия и Украина похожи как две бутылки минералки – только одна – без газа»] также был довольно известным в определённых кругах акустиком – особенно за свою любовь к сальцу украинскому  (сам он был из западенцев – но порядочных – то есть Степан Бандера для него героем Украины не являлся, а русских – он как и положено «москалями» не называл, ибо однажды Пониковский объяснил, что «москаль – це чиновник, призначений з Москви»1, а вовсе не национальность, на что был получен ответ: «Та й Бог з ними, з чиновниками. Лише б жити не заважали хорошим людям»2эти бы слова, да Богу в уши нынче, ан – нет).

Вспоминается такая история: шла лодка «Б–…» из славного града Петра и Павла, что расположился вдоль береговой черты Авачинской губы на Камчатке в столь же славный посёлок Финвал, что расположился в предбрюшье полуострова Шипунский, столь славного своими частыми «потрясушками» и «землетрусами». Вышла лодка нормально, в точке разделения повернула влево и легла на положенный курс. Где–то через час после поворота у акустиков «накрылась» станция – «телевизор» потух и в динамике было тихо. В это время на вахте стоял Василий Андреич.

В море каждый боец на боевом посту докладывает в центральный об осмотре своего заведования каждые 30 минут. Если об осмотре электромеханические БП отсеков и минные докладывают ВИМ [вахтенному инженер–механику], то товарищи из «люксов» докладывают о состоянии дел вокруг ПЛ, которые они обнаружили при помощи всяко там разных электронных средств наблюдения, прямо на мостик. Как думает уважаемый читатель – Василий Андреич опечалился тем фактом, что ему докладывать нечего? Да ничуть не бывало…

Василий Андреич установил на «столике» станции фанерку, застелил её газетой, поставил сверху тарелочку, в которую смело водрузил: сало копчёное, посыпанное сверху перчиком – приличный шмат, чеснок (очищенный) – 1 головка, хлеб (подсоленный) – 2 куска, кружка с кофе – 1 шт., после чего критическим взором окинул композицию и смело принялся резать сало…

На мостике стоял командир бригады (старший на переходе), командир ПЛ и вахтенный офицер. Так как вахтенный штурман для более полного контроля за окружающей «обстаконовкой» поднял кормовой перископ, то умудрённый опытом бывший советский мичман каждые пол–часа отрывался от уменьшающейся в объёме композиции из «натурпродуктов», подходил к перископу осматривал горизонт, после чего спокойно докладывал на мостик: «Мостик – акустику. Гидроакустический горизонт (перечислялись режимы и диапазоны, в которых горизонт осматривался) чист. Вахтенный акустик мичман Чернокопытенко».

3

Ещё через час вахты, при очередном осмотре «горизонта» акустиком был обнаружено судно, которое направлялось в Бечевинку. На очередном докладе акустика на мостике услышали: «Мостик – акустику. Гидроакустический горизонт – по пеленгуслышен шум винтов». С мостика донеслось: «Классифицировать контакт» и приказ БИПу [боевой информационный пост] совместно с метристом установить жёсткое наблюдение за целью, дабы та шла себе, не нарушая Правил МППСС, рассчитать ПДЦ [параметры движения цели] и условия расхождения.

На «классификацию» цели бравому мичману понадобилось минут 7. Посмотрев в окуляр перископа и прожевав очередной кусок сальца, Вася доложил на мостик: «Мостик – акустику. Шум по пеленгу… – (указал диапазон и режим) – … (указал частотные и прочие характеристики цели). Классифицирован контакт: цель надводная, одиночная, скорость по частоте вращения вала – …, предполагаю транспорт типа «Олонка». Данные выданы на БИУС», после чего БИУС [боевая информационно–управляющая система] подтвердил, что цель надводная, одиночная, рассчитаны параметры движения цели, цель неопасная, курс – …, скорость – …, идёт параллельным курсом и всё такое прочее. Далее метрист также подтвердил данные …

На мостике стало спокойно – вахта бдит. Так продолжалось ещё с час до той поры, пока одна ёмкость в организме командира бригады не напомнила о себе требованием «откачать грязную» [ЦГВэто цистерна грязной воды – на надводных кораблях их ещё называют «льяльные воды»]. Проинструктировав командира ПЛ, комбриг спустился вниз и прошёл в первый отсек.

Произведя нехитрые манипуляции по уменьшению своего веса известным всем способом, комбриг в прекрасном и благодушном настроении поднялся в центральный пост. Пониковский (тогда ещё механёнок) бодро доложил, что всё «тики–так», но комбригу хотелось влить в себя что–либо горяченького – ибо на мостике было прохладительно. Протиснувшись между ограждением ПМУ [подъёмно–мачтового устройства] «Ивы» и РДП к рубке штурмана, комбриг невольно посмотрел вправо…

Финал: пол–часа криков в центральном, «раздолбанный» по полной катушке старпом, отхвативший «строгач» «под горячую руку» командир БЧ–4,7, лишённый … мичман и конфискованные остатки сала с остальными недоеденными частями композиции, выброшенные потом недрогнувшей рукой комбрига за борт, даже несмотря на настойчивую просьбу Пониковского С.С. не выкидывать национальный продукт «незалежної України»3

Пониковский заверил любителя «основного національного продукту рідної України»4, что если «по пять капель» – то хватит, так что пусть готовит сальце для меха, командира и СПК. Василий Андреич жмотом не был, так что осчастливил присутствующее командование, что «закуска до чаю буде «як вчили»»5.

Долго ли, коротко – но чайник вскипел и был отключен штурманёнком. Теперь предстояло решить простую математическую задачу – как поделить 1,7 литра «жареной» воды на: командира, СПК, механика, штурмана и акустика. Механик не стал из себя изображать Попандопуло (смотри фильм «Свадьба в Малиновке»), а выставив 5 металлических кружек, во две из них насыпал (из запасов штурмана, ясен перец) растворимый кофе из серии «Пыль российских дорог», а в оставшиеся положил по пакетику (они уже тогда появились в продаже на необъятных просторах нашей Родины) типа английского чая (хотя всем было понятно, что их изготавливали где–то типа на Малой Арнаутской). После чего из чайника кипяточек был поровну налит в кружки.

В это время в центральном появилось вечно улыбающее дитя таджикских степей с тарелкой, на котором лежали три «кусмана для подкрепления увядших сил защитнов, блин, Родины» – как выразился Станислав Семёнович. Далее всё происходило очень просто. Первым получил ёмкость с кофе и ломоть хлеба командир, затем механик не обидел себя, любимого, далее получил свою «пайку» старпом, штурманёнок и под конец – «славний син вічно юної і прекрасної Західної України»6 Вася Чернокопытенко., который расщедрился и выдал обладателям бутербродов по приличному «шматочку сала з недоторканних, любовно і ретельно охоронюваних запасів»7.

Все расселись и принялись за процесс насыщения. Стас уже съёл половину бутерброда, как ему на зуб попалась корочка от сала. Надавив челюстями. Станислав почувствовал, как во рту что–то хрустнуло и челюсть пронзила боль.

«Зуб» – мелькнуло в голове у Пониковского.

«Ага!» – ответила челюсть болью после того, как механик ещё раз двинул челюстью в возвратно–поступательном режиме. Лицо механика исказила гримаса боли. Тем, кто плавал под водой – объяснять не требуется – что такое иметь больной зуб на глубине 100 метров. Это – финиш! А зубы – это такой сволочной орган Тела Человека, который – как думалось Пониковскому – для того и были созданы Творцом, чтобы человек не забывал – он – тля, да и только!

Стас замычал и проглотил, не жуя, кусок хлеба вместе с корочкой. Затем открыл рот и аккуратно залез в рот пальцем. Обнаруженное механику не понравилось. На верхней челюсти пятый справа зуб треснул пополам, причём обе половинки имели 2 степени свободы, коей и вовсю пользовались, вызывая болевые ощущения, чем приводили механика в тихое бешенство.

– Что случилось?, – вопросил отец–командир,

– Зуб, бля… – промычал механик, до этого не особенно любивший ругаться при командире. – Треснул сволочь пополам. Надо рвать, иначе – хана… Больно…

– Доктора и механёнка в центральный! – приказал командир. СПК огласил вердикт по кораблю. Через три минуты два вышеназванных товарища показались пред очами первого после Бога.

– Механёнок, заступаешь ВИМом, док, готовь кают – кампанию – у механика зуб треснул – будешь удалять.

Оба офицера ответили «есть». Механик удалил свои телеса из шедевра конструкторской мысли. Механёнок с сожалением посмотрел на своего начальника – перед автономкой ему Вась–Вась [смотри рассказ «Оправдание»] удалил три зуба, так что состояние, в котором пребывал Станислав Семёнович, механёнку было ведомо. Доктор широко улыбнулся, так как перед ним встала радостная перспектива поупражняться в удалении зубов на глубине 100 метров, а то здоровые – как спартанцы – подводники не оставляли до сего момента никакого простора для повышения профессиональной подготовки эскулапа.

– Пойдём, милай. – обратился доктор [звали его Николай Петрович], – отольются тебе сейчас мои слёзы.

Это был тонкий намёк на то, что механик лично закрыл и опломбировал клапан подачи пресной воды в амбулаторию (она же являлась и каютой) доктора, предупредив всех и вся (то есть самого доктора, минёрскую шайку–лейку, трюмных и электрика 1го отсека), что вода будет дана только в случае «алярм» – то есть операции или других медицинских телодвижений по восстановлению пошатнувшегося здоровья защитников Родины.

Свой случай механик к категории «алярм» не отнёс, поэтому робкую попытку доктора намекнуть механику, что пора пломбочку с заветного крантика сорвать – типа доктору руки надо помыть тщательнó, а то – не дай Боже – инфекция (зараза) какая попадёт, отверг сразу и безповоротно. Мичман Метельников, которого механёнок вызвал в центральный и перед которым была поставлена задача – нагрузить воду в гарсунку кают–компании – чтобы последователь Гиппократа мог тщательно вымыть свои шаловливые ручонки, прибыл в первый отсек и произвёл необходимые манипуляции.

Вода радостно забулькала, доктор, тихо матерясь, прошествовал в гарсунку и минут 15 намыливал и смывал руки, приводя в тихое бешенство наследника подчинённых Степана Разина. Наконец в 1-ый отсек прибыл химик–санитар и ещё минут 10 производил те же манипуляции, что и Николай Петрович. Затем прибывший в 1-ый отсек и принёсший доктору 2 литра «шила» из механических запасов [Пониковский ещё об этом не знал] помощник командира, тихо радуясь несчастью механика – теперь с механёнком можно было решать любые вопросы так, как хотелось бы ему – помощнику, помог облачиться в белые халаты двум инквизиторам от медицины. В кают–компании включили софиты и стало светло – как в морге. Пониковскому слегка поплохело, ибо перед глазами постоянно отчего–то всплывал чудный образ Вась–Вася.

Тем временем доктор со товарищи разложили на столе кают–компании пытошный инструментарий и ещё минут десять протирали его «шилом». Пониковский – как он сам потом мне рассказывал – ещё удивился – а чего это так докторище свободно шило тратит, ибо механику ещё его отцом была крепко вбита мысль – «Пусть отсохнет рука у того, кто использует «шило» не по назначению» – а как просвещённый читатель понимает – под «не по назначению» понимается всё, кроме… Дальше продолжать, я думаю, не надо…

Итак, доктор, использовав чуть ли не стакан драгоценной влаги – явно не по назначению (по мысли механика), вытащил шприц (не такой конечно, как Моргунову воткнули в «Кавказской пленнице» – но, по мнению Стаса из той же серии), воткнул на носок шприца иголку, которая повергла бы в шок даже гиппопотама, и вскрыв по очереди две стеклянных колбочки, заполнил шприц чем–то прозрачным. Затем Стас был усажен в командирское кресло, а подручный инквизитора – химик, крепко охватил плечи механика руками.

– Открываем рот пошире!, – промурлыкал медицинский работник. – Не боись – все там будем! – утешил он механика.

4

Стас согласился и открыл рот. «Весёлый старый доктор» воткнул иглу и, качая шприцом туда–сюда, переместил содержимое шприца в верхнюю челюсть механика. «Веселится и ликует весь народ!» – промурлыкал эскулап, однако ничего вокруг себя весёлящего и приводящего к ликованию Пониковский не увидел. Затем доктор достал ещё две какие–то капсулы и вновь наполнил шприц.

«Так вот он какой – пушистый зверёк писец, который подкрадывается незаметно!» – пронеслось в голове у капитан–лейтенанта механических сил.

Далее доктор добился того, чтобы Станислав Семёнович снял куртку от комбеза подводника и вкатил содержимое шприца в вену выпускника славного училища, расположенного в бухте Голландия города–героя Севастополя. Челюсть Пониковского начала дубеть, минут через пять Стас почувствовал, что засыпает…

Сквозь шум льющейся воды в ушах последнее, что восприняло сознание Стаса – это «Ну–с, начнём–с». Станислав хотел поинтересоваться у доктора – чего это он собирается начать, как провалился в мягкость темноты…

Стас проснулся от тишины. Тело его лежало в 8-местной каюте, что его сильно удивило – у механика на ПЛ своя каюта. Пониковский встал, поёжился от того, что майка, в которую были затянуты его чресла, была какая–то подозрительно влажная, потянулся и бодреньким шагом прошествовал в гальюн. Сделав все свои дела и даже умывшись забортной водичкой, механик «підводного човна»8 [Стасу тут некстати вспомнилось, как он переводил НШ своей бригады на украинский язык доклад командиру бригады на построении перед подъёмом Флага и Гюйса: «Пан капітан першого рангу. Сто вісімдесят друга окрема бригада підводних човнів на підйом Прапора та Гюйса побудована …»9это после раздела СССР и Советского ВМФ тремя юродами после дружеской пьянки в Беловежской пуще] прошествовал в центральный пост.

Там взору Станислава открылась – как будто они никуда и не уходил – вся та же картина: командир сидел в своём кресле и чиркал творение старпома и шамана. Старпом шуршал листьями суточных планов. Боцман всё порывался упасть головой на «Пирит» и забыться. Механёнок смотрела на своего начальника как на выходца с того света.

– Ну ты и силён спать, Семёныч!, – удивился командир и повернулся к исписанным листам ЖУСа.

Стас посмотрел на часы. Последнее, когда он смотрел на часы – было что–то около 11.30. Сейчас же часы показывали 12.15.

– Да меня–то не было 45 минут! – воскликнул Стас. В центральном все повалились от хохота. Пониковский не понимал – отчего веселье такое?

– Какие 45 минут, мех? Ты сутки проспал, – сообщил ему сквозь смех СПК.

– А что – разбудить не могли? – Станислав был по–прежнему в недоумении.

– Какой разбудить? Тебя поднимали, ставили всяко разно, – увидав, что чело механика омрачилось – а в гневе Стас был неистов, СПК поспешил успокоить механоида. – Не, в позу бегущего египтянина тебя не ставили. Но ты так и не проснулся…

Стас прошёлся языком по правой части верхней челюсти. На месте зуба была покрытая корочкой яма. Челюсть болеть не желала.

– Что мне вколол это исчадие мединститута?

СПК, а ну–ка вызови докторище в центральный. Действительно интересно – а что он меху вколол, что даже 5 литров холодной воды его не разбудили?

Когда доктор прибыл в центральный, он ответил на поставленный командованием вопрос следующим образом: так как механик был немалого веса (за 120 кг) человеком, то он (доктор то бишь) решил не рисковать и вкатил двойную дозу новокаина в челюсть механика. Но – так, на всякий случай – тут доктор разразился непонятными словами на божественной латыни, описывая наименовании другого лекарства, – я ему, чтобы он не волновался – в вену ввёл успокоительное, тоже в двойной дозе…

– А «шило», изверг рода человеческого, ты где взял? – вопросил Станислав Семёнович, вспомним двухлитровую бутылку с безценным продуктом.

– Механёнок выдал, из водолазного…

Пониковского прорвало…

Механёнок съёжился в кресле и постарался сделаться как можно более малозаметным. Доктор попытался было ускользнуть от механика – но не тут–то было: Станислав высказал всё, что думает по поводу людей в белых халатах и пригрозил, что оторвёт доктору все выступающие части тела, если тот по приходу не вернёт механику 1,5 литра водолазного (то есть медицинского) спирта…

СПК и командир, весело посмеиваясь, вернулись к прерванным занятиям.

Пониковский отправил механёнка спать, угнездился в шедевре конструкторской мысли, вызвал по «Лиственнице» кока, а после того, как тот прибыл, – дал ему задание – организовать механику чай, бутерброд, так как вчерашние куда–то сгинули в тиши отсеков, ибо какая–то сволочь и «редиска» посмела посягнуть на святое, что могло привести к снижению веса тела механика – а это – чревато – как с физиологической, так и физической точки зрения…

 

Примечания:

1 – это чиновник, назначенный из Москвы

2 – Да и Бог с ними, с чиновниками. Лишь бы жить не мешали хорошим людям

3 – независимой Украины

4 – основного национального продукта родной Украины

5 – закуска к чаю будет «как учили»…

6 – славный сын вечно юной и прекрасной Западной Украины

7 – кусочку сала из неприкосновенных, любовно и тщательно охраняемых запасов

8 – подводной лодки

9 – «Господин капитан первого ранга. Сто восемьдесят вторая отдельная бригада подводных лодок на подъём Флага и Гюйса построена…»

Зуб
Оцените эту новость

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Нравится
  • Опубликовано: 1 год ago on 09.07.2016
  • Последнее изменение: Июль 9, 2016 @ 9:12 дп
  • Рубрика: Авторская колонка
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вас возможно заинтересует...

Дед Мороз и Снегурочка

Читать далее →

Подписывайтесь на нас в Фейсбуке

Powered by WordPress Popup

Scroll Up